Забытый подвиг Анатолия Букреева

Джомолунгма, Сагарматха, Эверест — гора под разными именами вошла в историю как символ предельного вызова человеку. Её покорение стало мерилом мастерства и отваги для альпинистов всего мира. Однако история знает не только триумфы, но и горькие уроки. Трагедия, разыгравшаяся на склонах Эвереста 10 - 11 мая 1996 года, стала одной из самых масштабных и резонансных в истории высотного альпинизма. Она унесла жизни восьми человек, включая опытных гидов, и навсегда изменила представление о коммерциализации восхождений. На фоне хаоса и смерти особняком стоит история спасения, ставшая легендой — подвиг альпиниста из Казахстана Анатолия Букреева.

Предпосылки катастрофы

К середине 1990-х восхождения на Эверест перестали быть уделом лишь элитных экспедиций. Появились коммерческие операторы, предлагавшие за значительные суммы (около 65 000 долларов) возможность подняться на вершину мира под руководством профессиональных гидов. В мае 1996 года к южному (Непальскому) склону горы отправились две такие коммерческие команды: Adventure Consultants под руководством новозеландца Роба Холла и Mountain Madness во главе с американцем Скоттом Фишером. В их группы входили клиенты с разным уровнем подготовки.

Несколько факторов создали будущий идеальный шторм:

1. «Пробка» на вершине: Обе экспедиции, а также другие группы, планировали выход на вершину в одно и то же окно хорошей погоды. Это привело к образованию очереди у финальных сложных участков, что задержало восходителей и нарушило график безопасного спуска.
2. Жесткое расписание: Руководители экспедиций, несмотря на понимание рисков, испытывали давление необходимости выполнить обязательства перед клиентами. Фиксированные даты штурма ограничивали гибкость.
3. Позднее достижение вершины: Многие альпинисты, включая гидов, достигли вершины после критического времени — 14:00, что оставляло слишком мало светлого времени на спуск.
4. Разворачивающийся шторм: На гору надвигался мощный циклон, который синоптики предсказали, но информация либо была проигнорирована, либо не дошла в полной мере. Резкое ухудшение погоды с сильнейшим ветром, снегопадом и падением температуры до -40°C застало многих на опасной высоте.

Хроника трагедии

10 мая (с 00:00 до 04:00): Роковое промедление

Всё началось с задержки. Штурмовой лагерь IV (на высоте 7950 м) должен был быть покинут около полуночи, чтобы обеспечить максимальное количество светлого времени для подъёма и спуска. Однако приготовления затянулись. Клиенты не могли быстро подготовиться, возникли проблемы с кислородными масками и баллонами. В итоге обе команды выдвинулись с опозданием более чем на час. Эта первая, казалось бы, небольшая задержка станет фатальной.

10 мая, (04:00 - 11:00): Очередь на вершине

К 4:30 утра альпинисты достигли Балкона (около 8400 м). Уже здесь стало ясно, что людей слишком много. Помимо двух коммерческих групп, на вершину шли тибетская команда из трёх альпинистов и тайваньская экспедиция. Узкие и сложные участки — особенно знаменитая «Хиллари Степ» (отвесная скальная стенка высотой 12 метров на 8790 м) — стали узким горлышком.

Между 11:00 и 13:30 образовалась огромная «пробка». Десятки человек в тяжёлых высотных костюмах, на верёвках, с кислородными масками выстроились в очередь для прохождения ключевых участков. Люди стояли на морозном ветру, беспомощно ожидая своей очереди, расходуя драгоценный кислород и силы. Это стояние в «зоне смерти» (выше 8000 м) истощило резервы большинства участников задолго до достижения вершины.

10 мая (12:00 - 15:00): Опасный успех

Первые альпинисты начали достигать вершины только после 13:00. По всем канонам высотного альпинизма, «крайним сроком» для поворота на спуск считается 14:00. Однако в тот день:

• Роб Холл и его клиент Даг Хансен достигли вершины около 16:00
• Скотт Фишер поднялся около 15:45
• Некоторые клиенты, например, Ясуко Намба, были на вершине уже после 17:00

Руководители экспедиций оказались перед мучительным выбором: заставить измученных, но воодушевлённых достигнутой целью клиентов развернуться в метре от мечты или позволить им ступить на вершину, понимая катастрофические последствия опоздания. В обоих случаях выбор был сделан в пользу продолжения подъёма. Это решение, продиктованное коммерческим давлением, этикой гида и амбициями самих клиентов, стало точкой невозврата.

10 мая (с 15:00): Шторм идёт

Пока на вершине праздновали успех, с юга на гору стремительно надвигался мощный циклон. Первые предупреждающие признаки — высокие перистые облака — проигнорировали. К 16:00 погода начала резко портиться. Поднялся ветер, небо затянуло, повалил снег. Температура упала до -40°C, видимость стала практически нулевой. Те, кто задержался наверху, теперь спускались в условиях жестокой пурги.

10 мая (с 18:00 до полуночи): Хаос во мраке

Именно здесь трагедия обрела конкретные лица и имена:

• Роб Холл и Даг Ханен: Холл по рации связался с базовым лагерем. Его клиент, Даг Хансен, полностью истощился и не мог двигаться. Холл, следуя своему принципу «гид не бросает клиента», остался с ним на Южной вершине (около 8750 м), отправив вниз шерпа. Оба они замерзли насмерть. Последние переговоры Холла с беременной женой, разыгравшиеся по спутниковому телефону на следующее утро, потрясли весь мир.
• Скотт Фишер: Он также был серьёзно болен, предположительно, из-за отёка мозга или горной болезни. Он смог спуститься лишь до Балкона (8400 м), где и остался, в полубессознательном состоянии, вместе со своим шерпой Лопсангом, который пытался ему помочь. Оба погибли.
• «Группа у края»: Три клиента — Бек Уэзерс, Ясуко Намба и Тим Мэдсен — вместе с гидом Нилом Бейдлманом сбились с пути в пурге на Южном седле (около 7900 м), всего в 350 метрах от лагеря IV. Не имея сил и возможности его найти, они были вынуждены выкопать яму в снегу и ждать. Ясуко Намба и Бек Уэзерс впали в кому. Утром Нил, оценив их состояние как несовместимое с жизнью, был вынужден принять страшное решение оставить их, чтобы спасти остальных.
• Анатолий Букреев: К этому времени он уже был в лагере IV. Букреев совершил стремительное восхождение без кислорода и спустился одним из первых. Его критиковали за то, что он не помогал клиентам на спуске, но именно это спасло ему жизнь и сохранило силы для будущего подвига. Увидев, что люди не возвращаются, и поняв масштаб катастрофы, он начал готовиться к спасательной операции.

Подвиг Анатолия Букреева

Вопреки всем законам высотного альпинизма, в кромешной тьме, при ветре более 70 км/ч и температуре ниже -40°C, Анатолий Букреев в одиночку вышел из лагеря IV на поиски. Без дополнительного кислорода (он взял с собой лишь несколько баллонов для спасённых), с минимальным снаряжением, он сумел в пурге отыскать трёх заблудившихся альпинистов из группы Бейдлмана: Шарлотту Фокс, Сандру Питтмэн и Тимоти Мэдсена. Он буквально выдернул их из снежной могилы, вручил им кислород и, подбадривая и поддерживая, фактически на себе вывел к спасительным палаткам лагеря. Это был акт нечеловеческого мужества и высочайшего профессионального мастерства.

Утром выжившие в лагере IV увидели невероятное: фигуру, двигающуюся по Южному седлу. Это был Бек Уэзерс, которого все считали мёртвым. Он пришёл в сознание, смог подняться и дошёл до лагеря сам. Его состояние было ужасным: обморожения, слепота, но он был жив. Позже его эвакуировали с помощью героических усилий шерпов.

В это же время Анатолий Букреев и шерп Лапка Рита предприняли вторую вылазку и поднялись к Ясуко Намбе и Скотту Фишеру. Они подтвердили смерть обоих. Попытка спасти Роба Холла была предпринята, но связаться с ним не удалось. Он к тому времени уже погиб.

Итоги трагедии

К полудню 11 мая стихия начала утихать. Подсчёт потерь был ужасен: 8 человек погибли за одну ночь: Роб Холл, Скотт Фишер, Даг Хансен, Ясуко Намба, двое гидов из индийско-тибетской экспедиции и двое шерпов. Это была крупнейшая трагедия на Эвересте за один день на тот момент.

Цена подвига

Возвращение Букреева в базовый лагерь не было встречено овациями. В атмосфере шока, горя и поиска виноватых его действия были восприняты неоднозначно. Джон Кракауэр в своём ставшем мировым бестселлером репортаже для журнала «Outside» (а позже в книге «В разреженном воздухе») косвенно обвинил Букреева в излишней самостоятельности и в том, что он не помог устанавливать перила на подъёме. Это породило волну критики в адрес казахстанского альпиниста.

Букреев, человек немногословный и сдержанный, не стремился к публичной полемике. Его ответом стала книга «Восхождение», написанная в соавторстве с Вестоном ДеУолтом, где он изложил свою версию событий. Профессиональное альпинистское сообщество в итоге высоко оценило его действия. В 1997 году Американский альпинистский клуб наградил Анатолия Букреева самой престижной наградой — медалью Дэвида Соулса за спасение людей в горах.

Трагическая ирония судьбы заключается в том, что сам спаситель погиб чуть более чем через год после событий на Эвересте. 25 декабря 1997 года Анатолий Букреев был сметён лавиной при попытке зимнего восхождения на Аннапурну.

Вынесенные уроки

Эверест 1996 года остаётся сложной, многогранной историей, которую нельзя окрасить лишь в чёрный или белый цвет. Это история человеческих амбиций, просчётов, стоицизма и выбора. На фоне коллективной неудачи ярче сияет индивидуальный подвиг.

Анатолий Букреев не был «рыцарем без страха и упрёка». Он был профессионалом, который в критическую минуту сделал выбор в пользу долга, а не собственного выживания. Его ночной поход в шторм — это акт чистейшего героизма, лишённого расчёта на награду. Он доказал, что даже в «зоне смерти» есть место для человечности и отваги. Его имя навсегда вписано в летопись Эвереста не как имя покорителя (хотя он поднимался на вершину четыре раза), а как имя спасителя. Это, возможно, самое высокое звание, которое может заслужить альпинист. Трагедия 1996 года преподала суровые уроки, а подвиг Букреева оставил нам вечный пример — в самых тяжелых условиях надо оставаться человеком.